?

Log in

No account? Create an account

Странной · девочки · дневник


Сейчас расскажу о вечерней моей прогулке с Сашей. ...А потом он…

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
Сейчас расскажу о вечерней моей прогулке с Сашей.


...А потом он позвонил и сказал, что может.
- Только давай сразу договоримся - ни слова о Ж.
Нет ну как будто...

Перед тем как выйти, я не торопясь
поправила макияж, отправила пост в ЖЖ,
разложила по местам продукты из сумки
кетчуп, макароны...
Я опаздывала, но это же Саша.
Вышло наконец как надо - никто никого не ждал.

И по дороге, ещё дома,
я придумала очень смешную по-моему шутку.

- Саша, я должна сказать тебе кое-что важное.
- Это про Жарикова?
- Конечно. Но это быстро. Пять секунд всего.
- Нет! Не надо! Не хочу! Надоело! Хватит!
И он ринулся затыкать уши наушниками.
- Постой, Саша. Сейчас ты должен сделать вид, что тебе интересно...

Но он так и не сделал. Обломал мне такую шутку.
- Знаешь, что касается Жарикова?
- Что?
- НИЧЕГО!
Правда ведь, смешно?

А дальше мы пошли на речку,
и через не знаю сколько
мы там на лавочке наверно не меньше двух часов
Саша сказал
- Умеешь же, если захочешь.
Очень он этому радовался,
что я ни слова о том-кого-нельзя-называть.
Теперь на него даже есть кодовое слово.
Мы зовем его Волан-де-Морт.
Ну не гениально ли?
Нет.

Речка всё текла себе тихо
и иногда там что-то плескалось
и по берегу бегали тени.
За время нашего сидения погасли фонари
остался всего один, слева.

Я вышла из дома в варежках.
Охренеть вообще - ещё позавчера
поза-поза
было лето. А теперь я в варежках.
В белых вязаных,
с белым платком на шее
белой сумкой и белыми подошвами кедов.
В остальном сливаюсь с ночью.
Но в варежках курить неудобно, пришлось их снять.
С Сашей я многовато курю.
Мы пускали дым,
а потом Саша лег ко мне на колени.
И стало тепло. Я запустила руки в его волосы
и там их и грела, вернее её, одну всего,
а второй держала его за воротник пальто
и не очень-то и мерзла.
И если ему волосы перебирать,
он очень любит.
Поэтому когда я грела там руки, он
- как хорошо что тебе нравится, что мне нравится то что тебе нравится.

И мы вели беседы о психологии,
философские о Вселенной,
и рассматривали небо,
и видели вместо дырок в облаках
череп, смайлики, очень бегущего зайца, козу из пальцев.

Но это сочетание
ночь небо колени голова тепло
погасшие фонари и сигаретный дым...
А ещё мне казалось что у Саши глаза вверх ногами,
ну и ресницы, конечно же, километры.
То была идиллия.

Только время от времени я меняла ноги
закручивала то одну за другую,
то другую за одну, потому что умная у Саши голова
тяжелая отлеживала ножки.
По небу летали огоньки - такие фонарики,
которые впервые я увидела чуть менее чем год назад
когда ездили с Антоном на дачу с Севой
и там улетали покруче этих огоньков
которые мы видели по дороге пешком на вокзал.
А потом небо затянуло, оно стало грязно-серым
хотя и ночным. Картинок-дырок больше не показывали,
и мы всё ждали титры. Не дождались...

У нас была музыка Сашина
одна на двоих, провод из-под пальто
и постоянное "вау, скинешь мне эту и вот эту".
Теперь они все в контакте на стене, все со мной.


Но потом мы нарушили идиллию
и решили встать
и стало холодно
особенно моим коленям без его головы.
Я притоптывала на месте
я вернулась в варежки
мы стояли у водопада, на круглом пятачке,
где чего уж только не было, где по моей жизни
отдельными кадрами
можно снять целый фильм.
Мы стояли там и Саша думал,
что теплее.
И мы нашли и видели
и смотрели на
новое созвездие. Оно было ужасно
странное. Там много мигающих зеленых звездочек
они близко-близко-близко друг к дружке
и то их видно, то нет,
а если рассеять взгляд, то видно всего одну.
Это было что-то очень странное и необычное
и мы так и не решили, какую реакцию человека на непонятное
нам выбрать: убить нахуй или поклоняться.
Просто Саша теперь психолог,
и многое интересное мне рассказывает.
Например про три вида человеческой деятельности
что она бывает трудовая, учебная и игровая.
- А если я весь день лежу под одеялком
и ничего не делаю, совсем ничего - только лежу и думаю?
- Это учебная. Ты ведь думаешь - занимаешься самопознанием.
Вот так, ребята. Так что я учусь.
Специальность - самопознание под одеялком.
Я всё лето занималась, а вы... не понимающие.

Итак, мы смотрели на нечто непонятное
созвездие наверно. А потом нам надоело
и пошли, не прекращая философски беседовать,
не зная, куда. Куда заведет нас нить беседы
и ленты вдоль улиц
из ночных огней-фонарей.
- Вау, да ещё даже двух нету!
- Что?! Я думала сейчас двенадцать, ну максимум половина первого...
Такое разное время.

А ещё он жаловался,
что "меня уже заебало, что если я один дома,
то нихуя я дома не один!"
Постоянно у него если не родители, то кто-то.

В итоге мы шли на качели
где тоже немало важного в моей жизни
один Новый год, одна почти роковая встреча,
много мечт...
и на полпути Саша сказал
- да надоел этот холод, у меня дома чай есть, погнали.
И после этих слов я стала мягкой и податливой,
как пластилин. Стала слушаться старших
а Саша - он старше.
И мы пришли, и я завернулась в платочек в цветочек
с шеи на плечи его.

Арчи. Арчи хороший.
Арчи покусал за кормящие руки Сашу.
"Блять, почему я тебя так люблю?!"
Это про попугая,
а вообще
по жизни.

И я признавалась в любви
Сашиной квартире. Мне там уютнее всего,
у меня с ней только хорошие воспоминания,
даже если это и слезы после расставания,
и неудачная трава.
Сам Саша всегда был рядом и другом.
Как мне может быть там неуютно?
Это моя любимая кухня, повторюсь,
а после нее идет Даринина.

Мы чай пили с зефирками.
И дым пускали на балконе, Саша яблочный
я - виноградный. После этих сигарет даже руки приятно пахнут,
не воняют табаком и никотином, а именно пахнут.
Обязательно себе куплю, это как конфеты.
Rich.

А потом оказалось, что домой уже как-то холодно идти и поздно.
И я осталась. Хотя ещё полчаса назад
Саша говорил, что его заебало,
что когда он дома один, то вовсе он дома не один.

Саша читал мне конспект по психологии.
И мы без остановки говорили.
А после балкона ему захотелось выключить свет.
Потому что после двух ночи
в темноте разговоры обязательно становятся
откровеннее в миллионы раз
и фраз.
Я так и не обмолвилась ни словом
о том-кого-нельзя-называть
и тем самым не заебала Сашу,
и он несколько раз давал мне пятулю за это.
Один раз был на балконе,
когда я на подоконнике дрожала и наслаждалась видом из окна
и потом Саша очень смеялся, придумав продолжение
что от пятули я падаю вниз.
Чтоб уж наверняка
впечатление от вечера не испортить.

И вот после балкона свет был выключен
мы расселись по диванам
и из разных углов комнаты беседовали дальше и дальше.
А потом стало засыпаться, уже было что ли три.
И Саша включил свет, и мы стали очень щуриться
и вспоминали детство, когда будили в садик школу
и не продрать глаза.
Саша рассказал, из-за чего дети начинают врать,
всё дело в родителях - ведь сначала они врут,
а потом оказывается, что это - кукла,
это - девочка, а что такое ляля? А зачем вы мне сказали что ляля?
Что такое ляля? Нету ляли. Это стресс.
Мы вспомнили, как осознали, что Деда Мороза нет,
и как узнавали у родителей, откуда берутся дети.
У меня с моими отношения были ещё более доверительные,
и я спрашивала у них, что есть секс.
Они говорили - любовные отношения,
подрастешь - поймешь.
И потом ходили слухи среди моих ровесников,
что это КОГДА МУЖЧИНА И ЖЕНЩИНА РАЗДЕВАЮТСЯ И ГОЛЫЕ ТАНЦУЮТ,
представляете?
Если бы не Саша и не эта беседа длиною в ночь,
то и не вспомнила бы такого.
А про Деда Мороза я может в другой раз расскажу,
хотя нечего там рассказывать,
осознание само пришло и я ни на кого не обижалась
и не расстраивалась. Подарки-то всё равно были.
Какая разница кто их под елочку положил, ну?
Вот они, здесь, даже если и не от незнакомого чудодеда
а от любящих родителей - так даже лучше.
Письма я Деду вообще никогда не писала, ещё чего.
Максимум - писала собственно письмо,
зачитывала маме и оставляла под елкой.
Не помню даже, исчезали ли они наутро.

Вот видите, я всё-таки рассказала про Мороза вам,
а не "потом".

А потом мы привыкли к свету и пошли на кухню,
и сидели там, а я чай горячий не пью,
поэтому потом мы сидели уже в комнате, а я всё ещё пила чай.
Не знаю, сколько раз мы ходили на балкон.
С чашкой, с блокнотиком.
Я за всю ночь ни разу не залезла в твиттер,
Саша в шоке. Ну да, я на многое способна,
если хорошо попросить
и если блокнотик и ручка.

Широкий подоконник, фонари,
яблоки на яблонях обильно висят
такие с виду твердые и зеленые,
черный кованый забор ИХ школы,
и улица-аллея, где гуляла я позапрошлой осенью,
мне для компании хватало фотоаппарата
и там на асфальте всегда очень много листьев, очень,
если осень.
И уже вчера они там были, ещё более неживые, чем на самом деле,
под светом желтых фонарей
и сами желтые.

К пяти часам мы устроили переодевашки,
я перемерила и перевязала самыми разными узлами на себе
все Сашины рубашки, и пиджак, и палестину.
И свой платочек.
Всё это были гениальные творения
неудавшегося модельера
топы всяческие.
Очень отлично смотрелись,
хотя, может, дело в сиськах.
В одной из рубашек даже
-...а сиську можно в карман заправить.
Это афоризм почти - ты мне сиську в карман не заправляй!
А потом Сашу уже было ничем не удивить
- сколько я их уже видел-то!

После переодевашек мы наконец спать легли,
но не спали ещё час, да шести.
Сочиняли сказки.
Загадывали друг другу слова, и про них надо придумывать.
Была сказка про барана,
про часы, про фотографию,
про рыбу - с двумя концами, как 99 франков,
и про вилку, которая имела зубчики и из-за этого
думала что она акула, а потом что она расческа,
причесывала-причесывала, её клонировали,
ещё ножи присоединились,
и стали они размножаться - и клонировать не надо,
и во всех парикмахерских поувольняли парикмахеров
поэтому столько безработных,
поэтому в стране кризис вообще.
Всё из-за вилки.

***

Всё, дальше посторонним в.

...А потом мы всё же обнялись и спали.
Всю ночь я была объята.
Это так здорово, скажу я вам.
Ну а к утру как-то так каждый раз само собой получается
что когда мы с Сашей спим на одном диване
к утру, утром, начинаем вдруг целоваться.
Это такой стандарт нашей дружбы.
Дальше нет, не заходим. Никогда.

И вот снова. Проснулись от того, что по всей квартире у Саши будильники,
он вставал их выключать один за другим.
А потом как-то обнялись немного,
потом переплелись руками и ногами
потом ещё и шеями
сплелись в косичку на диване.
Сто лет не целовалась.
Ну, собственно, как раз с тех пор,
как в последний раз была у Саши.
Хотя нет. С других. С тех,
когда мы пьяные Артёма в Крым провожали
на вокзале.
Но всё равно ведь с Сашей.

И вот сплелись мы в косичку
играли губами.
Я с утра страшна, по-моему, как атомная война,
а он целоваться.
Хотя он ведь как и я - с закрытыми глазами.
Я вообще не понимаю, как можно с открытыми.

А ещё я не могу представить на месте того, с кем целуюсь,
кого-то другого. Не могу. Никогда.
И это хорошо.

Он щекотал меня ресничками
теми, что километры,
а я его своими
и в итоге мы переплелись и ими.


С почти начала и почти до конца
пока перед выходом он не поставил мою любимую Гагу
(Саша всегда оставляет включенную музыку, когда уходит)
играл плейлист из Placebo и Nirvana.
Placebo.
Nirvana.
Placebo для меня может быть будет эта осень.
Nirvana стойко ассоциируется с весной-2009,
рыжие волосы и ещё девятый в школе класс.
Тогда я была романтична и жутко терпелива,
не то что сейчас.
И эти песни всю ночь тихонько
и наутро
all day
all night.

На балконе Саша под стаканом замучил и убил осу.
Она не послушалась, когда он орал
"Свали отсюда бляять!"
а потом он словил её под стакан
и курил ей туда
в конце положил туда ещё бычок.
Оса сдохла.
Курение убивает.
Труп Саша кремировал.
А я думала - какая жизнь непредсказуемая штука
ещё 15 минут назад мы просто пили чай на кухне
и ничего не предвещало...
Что мы убьем осу ради науки.
Мы не знали, что пойдем на балкон,
будем говорить там о рекламе, а потом залетит
этот полосатый мини-монстр. Мини-опасный.
Оса не знала, что её ожидает скорая смерть
от курения и слегка раздавленных кишок.
Ну, Саша не очень аккуратно двигал стакан...
Но убивает всё равно именно курение.

Вот я и убивалась,
глядя на проплывающих по небу слонов
и опавшие, не такие мертвые при дневном свете,
как ночью, листья,
свесив ноги в фиолетовых носочках в цветочки
с балкона, и удивляя так прохожих.
Нога была всего одна, но это не меняет дело.
Сигареты с ароматным дымом виноградным
и яблочным, и густым
и сорванный голос Курта.

Так мы с чаем и сидели,
пока не мини-монстр.
Я там чуть не всплакнула даже,
но - ведь ради науки.

***

Выводы.

Очень странно, мы не пили и не курили,
а всё равно раздевались, целовались
и сочиняли сумасшедшие сказки.
С пяти до шести утра не замолкали ни на минуту,
а ночью меня обнимал.
Утром начали целоваться и из-за этого не выспались,
а ещё мы очень любим кусаться
одинаково очень
и сегодня на диване было нечто
кто кого за что
и ещё
- почему ты вызываешь у меня такое сильное желание
ударить тебя подушкой?
- Странно... со мной такое бывает только если я кого-то очень люблю.
Подушка сразу убралась.
Он стал легонечко душить меня одеялом.
А потом мы пошли каждый по своим делам
в прихожей я люблю нюхать бальзам
для губ его мамы.
А дальше всё будет как было,
как будто ничего не было.
Люблю эту нашу особенность.

Остальные не понимают, как так дружить.
Я объясню. Очень даже можно.
Это когда тебя тянет к нему не настолько, чтобы трахаться,
но настолько, что обниматься приятно очень, и целоваться.
И вам не хочется быть рядом постоянно,
но есть о чём поговорить.
И вы очень довольно давно знакомы
и чего только там уж между вами не было.
Замечательно иметь такую дружбу.
Единственная проблема
сама не понимаю, как
после всего этого я умудряюсь ещё скучать
по тому, чего на свете нет.

***

А потом я проспала весь день, до вечера
перенесла покраску Артемия на завтра,
перезагрузила компьютер, что для меня трагедия,
но иначе было нельзя, он уже минут сорок висел,
и ела драники.
Больной день, какие всегда почти бывают
после веселых ночей.
Как оказалось, алкоголь и трава совсем не обязательны
чтобы ночь была веселой, а день после нее - больным.
* * *