?

Log in

No account? Create an account

Странной · девочки · дневник


Я заворачиваюсь в белую простыню и становлюсь привидением, меня…

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
Я заворачиваюсь в белую простыню и становлюсь привидением,
меня обсуждают, я поворачиваю голову на голоса, чем очень смешу народ.
Внимательное привидение.

***


Так жаль, что Юленька там больше не появится,
а если появится, то очень нескоро. Недолго музыка играла, как говорится.
Три недели вместе жили - я почти с ней не общалась,
только самую малость, на кухне, когда готовили вместе.
А теперь, когда так сдружились и нам весело вместе, и так здорово было бы с ней там
потому что лучше, когда есть два человека, с которыми можно поговорить обо всём на свете,
когда не надо за одним ходить навязчивым хвостиком, требуя постоянного внимания...
Когда мы с ней построили планов на вечера с кальяном, пуэром, пирогами
и всякими веселыми делами - всё вот так вот оборвалось. Мне от этого пусто.
Ну, это самое грустное, и об этом я больше не буду.
Надеюсь, однажды они с Мишей всё же помирятся, и может не так часто, но хоть иногда мы будем зависать опять все вместе. Да это по-любому будет - если без Миши, то тогда в каком-нибудь другом месте...
Главное ведь желание.

***

Я всё больше понимаю, что правду говорят - мужики как маленькие дети.
И когда он злится, говорит обидные обидности - мне хочется его обнять,
к груди прижать, по головке погладить, и я так и делаю. Иди, говорю, ко мне.
И предлагаю приготовить покушать - "ты, наверное, голодный, поэтому такой злой".
И тогда - о чудо! - он вдруг соглашается и идет за мной на кухню.
И лучшая похвала - это даже не "можешь, если захочешь!" и не какие-то там спасибы,
а когда он два раза встает за добавкой, выгребает всё со сковородки дочиста..
И становится добрый-добрый, и мы идем смотреть мультики.
А после я делаю нам двоим - ему первому - мороженое очень вкусное
семейный пломбир пополам, с бананом и шоколадной черно-белой крошкой,
называю всё это - дежа вю. Наши первые встречи летом
были при таком мороженом, я его готовила, а он смотрел восхищенно.
Теперь он говорит "спасибооченьвкусно" с набитым ртом,
и получается так искренне. А потом он вдруг закуривает, хотя я столько раз просила - не надо.
И я ухожу, хлопнув дверью, и почему-то плачу, хотя не собиралась.
Ем мороженку, такую НАШУ, в одиночестве.
Мы такие ещё дети. Я тоже часто бываю, а как же иначе - мы ведь друг друга стоим.

***

Делать неприличные вещи под дабстеп.
При свете одного лишь монитора из-за спинки кресла,
в дальнем конце комнаты, в темноте
его лицо чуть сверху кажется черно-белым.
Такой красивый, что хочется взять и раствориться
в блеске этих глаз - без остатка.

А после я прошу кусать меня
затыкаю его рот своими руками
до боли
приятно.
У меня потом следы на запястьях, и он удивленно говорит - мазохистка.
А мне просто нравится.


***

Кухня сближает.
Говорить не замолкая, как в сааамом начале,
будто друг друга совсем не зная. О газовых плитах,
о видах пива, планировке квартир.

Признаки того, что правда-правда любит - они не в словах,
а в действиях его. В этих мелочах, которые я учусь замечать наконец-то.
Он несет в комнату горячий-горячий чай, беспрерывно ой-ой-ойкая,
обжигая пальцы о края стакана, большого и тяжелого.
А я бы поставила на пол и стала искать прихваточку,
или что-нибудь вроде подноса. А он - взял и понес.

Когда я плачу и, доедая в позе лотосе свое мороженое,
он долго ходит вокруг и мяукает, чтобы заставить меня улыбнуться,
и я даже ненадолго забываю, что мне так нужен кот.
А зачем, когда уже есть кто-то теплый,
кто мило мяукает и кого можно погладить?
А ещё он иногда умеет извиняться.

***

А когда темнеет, всё становится совсем волшебно.
Я всегда больше всего именно вечера любила, для меня это время какое-то особенное.
Не знаю, может, за это они мне взаимностью отвечают, потому и волшебные.
А может, дело во мне, может это я по-другому настраиваюсь и в темноте
воспринимаю всё иначе.


Отражения в его зрачках
какой-то лесенкой угловатой
это я лежу, а вот поднимается его рука и гладит мои волосы.
Глаза его такие анимешные, расширенные в темноте зрачки загадочно блестят.

И вспоминаются вдруг звезды в почти черном бархатном небе
как мы курили в окно, а высоко-высоко над нами шумели листьями верхушки засыпающих деревьев,
а за ними был клочок неба с теми самыми звездами, и было прекрасно.
Ты обнимал меня за плечи, всё крепче.
Наше первое лето определенно было замечательным - таким разным,
жарким, дождливым, веселым и грустным, а в начале так и вовсе не Нашим,
а по отдельности Твоим и Моим. Сон в одну из летних ночей
послужил всему началом. Таким киношным, книжным, сказочным.
Всё было не очень просто, но так красиво. Теперь, с расстояния месяцев осени
это лето выглядит прелестным, и хочется пересматривать его,
как хорошее кино, снова и снова. Оно - первое, что у нас было.
И я так надеюсь, что далеко не последнее.

***

Такое чувство, что мы поменялись местами.
И теперь мне - его старые претензии, ему - мои...
Мы ругаемся, а мне хочется смеяться, потому что такой абсурд.
Ну, уж сама с собой я справлюсь
и ты с собой, надеюсь, тоже сможешь
так что давай вместе продолжать быть друг другом
это весело.
* * *