?

Log in

No account? Create an account

Странной · девочки · дневник


Муж Тричетвёртой Тани оказался лжец. Вопиющая непорядочность! Итак,…

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
Муж Тричетвёртой Тани оказался лжец. Вопиющая непорядочность!
Итак, 19.25, я сижу на балконе с книжкой и думаю - наконец-то! Можно не волноваться больше что сейчас начнётся, потому что уже 25 минут как незаконно. Значит до завтра ремонтов не будет. И тут - дрель. Я чуть не зарыдала от такой несправедливости. Высунулась в окно, прислушалась - ну явно на пятом. В кеды запрыгнула и поскакала ругаться. Ломлюсь значит в дверь. Открывает. Андрей этот. Смотрит на меня своими невинными глазами, собака сутулая. Но тогда я ещё этого не знала - что собака. Спрашиваю - это у вас дрель? А он такой - не-не-не, что вы что вы, у нас ремонт уже закончился, мы всё, это у кого-то другого. Я говорю - ну ладно, говорю, пойду дальше искать, извините. Спускаюсь прислушиваюсь. Явно где-то здесь. Звоню в квартиру под ними, на четвёртой. Там без Тань, там Окс...ения Ксюша (так её все почему-то зовут) и дети-козы. Скачут уже, выглядывают. Я говорю - здрасьти. Такие вот дела, это не у вас? А она поржала, это говорит на пятом, над нами. А я аж ошеломилась вся, не привыкла что мне врут - была, говорю, только что там - заверили, что это не у них. А Оксюша хихикает - ага, конечно, не у них, они ж ко мне только что приходили согласовывать, затопили нас, акты составляли, все дела, теперь там откос делают на балконе, иначе в другой раз у меня тут всё плесенью покроется. Вы уж потерпите, там работы на двадцать минут. И ещё там всякого поговорили, но это секретик, который не суть.
Просто больше чем ПРЕСТУПНОСТЬ (а я ведь могла с чистой совестью уже ментов вызывать, прямо даже из-за своей стенки, потому что после семи по закону ремонтно-строительно нельзя шуметь) меня огорчает только когда меня за дуру держат. Не зря я этого танемужа про себя гоблином прозвала.

А теперь о хорошем. Даже не знаю. Ну, небо красивое. Это оно умеет. Месяц, опять-таки. Луна растущая. Большая красивая. Как небо, точно. Закат показывали довольно-таки интересный. Облака оборванные не сбоку по краям, а прямо снизу. Недокапанные обрывки дождя так и повисли. И светится эта бахрома золотом на солнце, и дома на востоке светятся на фоне сине-сизой тучищи, такое уже всё контрасное.

В ти-баре снова удивляла народ. Осведомлённый - повара там, официанток. На этот раз не тем, что ела лёд, а тем что его не ела. Так-то уже все привыкли. А я вот и так тоже могу.

Сил нет, еле лежу. То есть погулять выхожу конечно ежедневно, чтоб не закиснуть, но в остальное время даже сидеть тяжеловато. И как тут приносить пользу обществу, когда встаёшь и башка кружится, и ножки шаркают, и ручки ноют, и вообще где моя пенсия в конце-то концов.

Даже меня саму удивляет эта непонятное свойство оказываться милой. Вот я негодую, выбегаю с намерением убивать. А потом только предстану пред взором врага - сразу вдруг улыбка вежливость "добрый вечер как поживаете это случайно не вы изволили мне помешать?" и все ко мне тоже с улыбкой, извините до свидания - вот это вот всё. А потом знаете как непросто быть ужасным гадким отвратительным человеком с репутацией милашки. Может слегка с дуба рухнувшей, но милашки. Потом когда в очередной раз - через полчаса, например, - хочется делать гадости, думаешь - ну как же так, меня ведь считают почти хорошей. Как же так. Нельзя. И хожу думаю всякие непристойности, коварные планы изобретаю, а потом при встрече снова улыбчиво здороваюсь, шучу. Ходят все такие очарованные. А моё злодейское (может даже истинное) "Я" тем временем чувствует себя нереализованным и требует мести. Тьфу.

А больше мне решительно нечего сказать. Кроме туч, ничем мой день не был насыщен. Вчера вот ещё гроза была, за всю жизнь со мной такой долгой грозы не случалось. Началась же ещё до темноты, часов в восемь что ли, а то и раньше. А потом уже за полночь перевалило, я засыпать намеревалась, а оно всё не угоманивалось. Или как там это слово в несовершенном виде да прошедшем времени? Ну вы поняли. Свёркает и свёркает. И гремит жеж. Я уже и шторы, и глаза закрыла, и беруши насовала в уши, а всё равно и видно и слышно. Легла называется пораньше.
Божечки ну вы это видите? Эти повторы. Неоправданные. Это я как Толстой. Уже даже думаю в его манере и стиле, порой как словлю себя на мысли построенной витиевато старомодно - аж противно. Вот почему мне всегда случается перенять у кого-либо именно то, что поначалу в нём так бесит?
А короткие предложения-обрывочки - это Зощенко постарался. Но это мне нравится. Это не бесит.

Интересно сколько ещё информативных осмысленных символов я могу написать после этого вот "решительно нечего больше сказать".
Пожалуй хватит этого добра на сегодня.
* * *