?

Log in

No account? Create an account

Странной · девочки · дневник


Кто-то перепутал - или решил удивить - и подбросил в этот ноябрь этот…

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
Кто-то перепутал - или решил удивить - и подбросил в этот ноябрь этот апрельский денёк.

С самого утра я это весеннее ловила - сначала через штору просочился золотисто-оранжевый квадратно-оконный зайчик и запрыгнул на шкаф. И вот с того момента непрерывно всё светилось.
В рамках проводов, соединяющих спящие фонари, красовалось небо.
И снова убеждаюсь - от него всё зависит. Одни и те же улицы одного и того же города в два соседних дня могут выглядеть разительно различно.
Удивительно, насколько место имеет значение: вот эти же облачные мазки небрежные совсем не такие интересные были бы на холсте, бумаге, доске там какой-нибудь или заборе, и довольно скучные на экране - на просторах неба совершенно волшебно смотрятся.

Удивительно для меня слышать от кого-то "спасибо что меня выгуляла", мне ведь всегда кажется что людей напрягает со мной таскаться, что это они мне одолжение делают - а оно оказывается вот как. Прям ух ты.
И не только в компании мамы или себячества-одиночества можно гулять, бывает же. Сегодня - с человеком, именующим себя "тигровый водолей". Я, правда, по этой системе получаюсь "собачий лев", а это мне не очень нравится. Так себе благозвучность. Ну да ладно. Астрологи говорят, Львы с Водолеями отлично совместимы. Тигровый говорит - врут. Я говорю - в моём случае вместо "Лев" хочется поставить совсем другое слово. Собачий. Тьфу.
Переводить пришлось тему.

Осенью и не пахнет.

Одуванчики на всех стадиях развития - хочешь желтые, хочешь пушистые.

Красно-белые трубы ближайшей ТЭС, речка ледяной рябью сверкает солнцем отраженным, и поток этого свечения разрезают чернющие всячески изогнутые изголившиеся стволы ряда оголившихся ив.

В небе кружат зачем-то сверкающие солнечными тоже бликами тёпло-белые чайки.

Покосившиеся дощатые заборы, увитые спело-синеглазым и осенне-смущенным девичьим виноградом.

Так любим ходить и выбирать домики в частных секторах. Вот этот я бы да, и такой тоже можно, да и этот вроде ничего, ух ты какая собака (львиного вида пушистый гигант сидит неподвижно и молча улыбается, мы улыбаемся в ответ и мама говорит - уважаю, ему даже лаять не надо).

Приходится делиться жвачкой - такой, которая большая и не липнет, правда быстро теряет вкус - но она и не для него нужна, она для надувательства. И вот мама клянчит, а я - так уж и быть, на, но заставляю тоже идти и выдувать пузыри, чтоб ну не зря ж продукт переводить. И она вроде бы послушная старается но у меня всё равно больше, а потом один особо огромный лопается и залепляет нос, и я пока разбираюсь как теперь дышать делаю ещё один пузырь носом, только внутрь а не наружу. Я вообще люблю такими невидимыми интровертными пузырьками щёлкать, чтоб все вокруг удивлялись, но это ж ртом. Чтоб там губы зубы язык, а носом я даже не знала что так можно. А мама идёт хохочет, а я ей объясняю что это сейчас могла быть очень нелепая смерть и получала б она тогда за меня премию Дарвина.

А стоило надеть другую шапку, такую длинную почти как носок, в дветыщиодиннадцатом году купленную а теперь вывернутую серой стороной наружу так что как будто новую, и под неё по-настоящему новый серый фактурно мятый шарф мамой сделанный из просто льняного отреза, и тёмные очки в белой оправе годами жившие в шкафу потому что не ношу я их обычно, а в остальном всё то же чёрное что и всегда - и вот уже говорят я звезда. Какая, говорю, звезда?
- Иностранная!
- Странная??
Ну да, я да.
А что, вполне возможно. Чем меньше моего еблица доступно взгляду, тем я симпатишнее. Поверю-поверю.

А за солнцезащитными стёклами совсем всё иначе, пересвеченное белое небо оказывается красивое, интересное - исчерченное полупрозрачными линиями и штрихами тонких облачков, и даже в одном месте виднеется радуга, которой для невооруженных глаз не существует. Озвучиваю всё это на ходу и утешаю маму, что "зато внизу у тебя ярче, виднее и интереснее - у меня вот провалы в тенях", а она находит монетку в пять копеек, а я восклицаю что она успешная и вообще финансист, экономист.

Чай с корицей какой-то жестоЧАЙший бегательно-приключенческий, и торт
- Три шоколада, пожалуйста!
- И мне три шоколада!
- Шесть шоколадов!

Пицца навынос из несидячего места и последующее её поедание в соседних дворах становится традицией. Весенней, как и этот день.
На сей раз даже под горку лезть не пришлось - просто на лавочке просто сели, на сухой и ни от чего не прячась, ни от какого там дождя и прочего, и поставили коробку с ещё горячей на начинающие замерзать коленки, и ужинали, и радовались. И снова мне весенне весенне весенне, необъяснимо но факт.

Ежедневно не перестаю удивляться этой зрения остроте, как будто я годами смотрела через немытое окно а теперь его открыли, и я могу просто ходить ходить и глазеть на эту четкость, замечая то чего раньше для меня просто не существовало, угадывая что это за здания там на горизонте, изучая заоконные вечерние жизни. Вглядываться, заглядывать, подгладывать, оглядывать... Главное чтоб погода.
Ну до чего ж фактурные кирпичи.

А напоследок показали неописуемое, но я попробую. Потому как на фото уж точно не то, даже показывать не стану, чтоб не опошлить.
Фиалковую вуаль накинули на стеклянного цвета небо. А потом поверх стали натягивать вторую, розовую, холодного такого цвета моих помад.
Я удалялась не в закат, а от, шла в общем на восток. И вдруг оглядываюсь - а там за минуты две буквально над невидимым уже солнцем возникли взбитые в кудрявую пену облака морских оттенков красного - коралловые, а может лососевые, переходящие в пыльную розу, переползающие в фуксию, добирающиеся даже до свекольного.

Нет, всё равно не то. Слова конечно передают чуть больше, чем фото или краски, но и их недостаточно. Ни одной фантазии не хватит. В другой раз лучше сами идите и смотрите, когда заметите красивый закат. Я конечно стараюсь, но этого не объяснить. Просто скажу, что мне было красиво.

Апрель, апрель, апрель. На земле и в небе. Облаками и одуванчиками, углом наклона солнечных лучей, сухим асфальтом, температурой и легкостью ветерка.
А к вечеру, как только закатилось - сразу холод кусает за коленки, и воздух прозрачный, и затвердевает грязь. Сколько-непроходимая днем, вдруг становится безразлична по отношению к ботинкам.

Хочется петь и молчать одновременно.

И вот ещё непонятно что я за человек такой. Весь день то тебе торт, то тебе пицца, а я в итоге прихожу домой и набрасываюсь на эти пшеничные как на что-то самое вкусное. Это прям какой-то грех.

И так как-то вышло, что уровень хорошести моих дней оказался прямо пропорционален количеству времени, проведенного вне дома. Может расскажу попозже про свой панельный ад, но не сейчас. Это надо отдельно.
* * *