?

Log in

No account? Create an account

Странной · девочки · дневник


Кажется, дождливые дни отбирают у нас куда больше, чем просто…

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
Кажется, дождливые дни отбирают у нас куда больше, чем просто солнечный свет.
Желание вставать с утра. Долгие прогулки. Возможность сидеть на лавочках и просто в траве.
Но я - вопреки.

Встаю, потому что надо - знаю, так будет лучше. Хотя и в полдень.
Гуляю четыре часа, потому что не одна. Одна я гуляю максимум два - ну да, всё верно, вдвоём выходит в два раза больше.
И лавочки, несмотря на свою мокрость, оказываются обсижены мною: когда-то одна Маша научила меня стелить в таких случаях пакет, а теперь я учу этому совсем другую Машу, а она делит со мной пополам чебурек: "поешь его со мной, я пытаюсь похудеть, поэтому стараюсь не жрать, мне нельзя, помоги". А я и рада. Помочь. Я в таких случаях очень люблю людей спасать.

А Маша тоже спасает. Чаёнка. Птенца чайки. Мы встречаемся в ветеринарной клинике - как обычно, я пришла раньше, даже опоздав. Маша просит занять очередь, они уже в такси, да-да, скоро будут. Я регистрируюсь под её именем, фамилией, "только вот отчество не знаю, а номер телефона сейчас посмотрю". Тут же вызывают в кабинет, а я говорю - нет, не пойду, погодите! Птичка едет.
Пока жду, успеваю обсохнуть. и хорошенько обдумать своё отношение к зонтикам, пересмотреть его и решить перестать презирать их.
Птичка приезжает и оказывается с открыто сломанной лапкой, которая уже двое-трое суток так, и кость успела высохнуть, так что только ампутация. Врач тут же показывает, где щупать, чтоб узнать, голодна ли она, или вообще истощена, и как открывать клюв, и как варить кашу с мясом и куда её потом совать, и говорит что чайка сможет летать, а плавать - нет, с одной ногой попробует по кругу и поймёт, что это не её. Я зачем-то зашла заодно в кабинет и тоже всё это слушаю, хотя судьба-то найдёныша решена, поедет в загородный зоопарк, и подобрала больного Маша вовсе не со мной, причём тут я? А я притом, что когда оформляют бумаги, подбегаю и спрашиваю - а кличку там надо указывать? - и, получив утвердительный ответ, говорю: "Напиши Джонатан". Почему? Потому что книжка, разумеется. Надо почитать.
Потом, уже после операции, за которую врач денег взял только за расходники, а за работу не стал, даже чек потребовал переделать, и всё равно ушли все Машины последние, но она не расстроилась: "ай, всё равно проем, или пропью, а тут хотя бы доброе дело" - вот тогда я решаю таки уточнить, а Джонатан - девочка или мальчик? Мне уже хотят показать, где щупать, чтобы это узнать, но пока птенец слишком юн, смысла в этом нет, и вообще у них клоака. Так что теперь узнаем только если Джонатан снесёт яйцо - тогда, значит, девочка. но на этот случай я предусмотрительно придумала звать чайку Джонни. и всю дорогу приговаривала - лахэнта эста му лока. Ватафак.

Ещё были вареники, и пиво под цвет волос - мне тёмное, Маше светлое. И разговоры о том, как я чуть не поменяла имя (причину я как-то успела уже позабыть, пришлось рыться в переписке с любовью всего восьмого класса, потому что точно помню что ему об этом рассказывала вконтакте, а остальным объясняла устно), и как хочу уточку завести, а раньше хотела гуся, но гусь большеват, так что придётся отказаться от гениальной идеи заиметь собственную Леди Гагу, уточке такое имя не пойдёт, но я придумаю другое, и буду водить её на речку поплавать на поводке... и тут же согнувшейся пополам от смеха Маше в доказательство гуглить фотки выгуливаемых в городе водоплавающих птиц в ошейниках и даже носочках, коих оказывается немало.

Мы покупаем сигареты с двумя кнопочками на Машины деньги по моему паспорту (с нашим ростом кто ж поверит в "двадцать три"?), и она делится любимым способом сначала курить так, потом лопать одну капсулу, немножко курить так, а потом лопать другую. И даёт мне с собой ещё три штуки. Хотя я и не курю. В целом. Но с Машей иногда могу. Или с другой Машей. Или с Юлей. Или с Микки. Или со Светой, но это совсем уже редко. Или иногда могу с... печалью. Но вообще нет, некурящая я. А эти, с двумя вкусами и четырьмя вариантами их использования, я искала лет, кажется, пять, с тех пор как угостили разок привезённой из европ новинкой, тогда у нас тут их ещё не было, и я ходила и ждала, когда ж появятся, искала, а название за столько времени успела забыть, и была почему-то уверена, что это Винстон, а Маша мне тут глаза открыла, что Кент. Ещё один маленький гештальтик тихонечко хлопнул. За-. -Ся. Можно дальше не курить.

У меня какой-то год хождения по ветеринаркам с птичками, упакованными в картон.

Лысая (потому что птенец) и потрёпанная (потому что операция) чайка, отходя от наркоза, металась в коробке. Я несла её и уговаривала, что мы как будто на волнах качаемся, успокойся. Маша слушала мои рассказы о совместном прошлом и удивлялась, как я так всё помню, она уже давно забыла. Это так всегда бывает, я какой-то у людей прямо... съёмный носитель. Вот тут папка "седьмой класс", в которой Tokio Hotel, мандариновые корочки на заброшенной железной дороге, густо подведённые глаза, чёрно-розовые образы, одинаковые на левый глаз чёлки, а волосы при этом у обеих светлые, а что мы делали с корочками вам лучше не знать". Но и Маша помнит кое-что, почему-то забытое мною. один маленький недостающий осколок, прибавляет кусочек в наш общий пазл. И это так приятно, оказывается.

Мы гуляем под хмурым небом и много говорим о прошлом. Идём под ручку и по очереди несём не мой, конечно, зонт. Обсуждаем негодное поведение волос в такую погоду. Кто-то всё время спрашивает, где мы, а кто-то отвечает. И так вдруг вместе спокойно, весело, хорошо и уютно, что хором решаем - отличное завершение рабочей недели и судьба.

Маша недавно рассталась с парнем и всю неделю хотела только спать, а выходить на связь ни с кем не хотела, а я такая молодец вдруг возьми да напиши, я для кого-то прям подарок. Только вот посоветовать чего-то толкового касательно ситуации, которая в личной жизни, не очень-то могу. У меня все примеры в духе "а вот мой бывший номер два" или "ну, с первым бывшим у меня такое было" - прямо с ходу говорят, что как я может лучше и не делать. Вот дам я совет, а он окажется заведомо провальный. Может, конечно, и нет, может это от людей зависит, но я на всякий случай всё равно не даю. А только думаю про себя, что эта нумерация означает для меня. Как будто всё, когда-то важное, было в порядке эксперимента. Хотя оно не было. Просто с нынешней позиции для меня именно так всё моё прошлое и выглядит, какое-то не шибко научное, но всё-таки исследование. Да, очень легко на расстоянии нескольких лет и новых извилин (ладно, может не извилин, а нейронных связей, но мозги всё-таки как-то в общем поворочаться успели) об этом в таком ключе говорить. А когда непосредственно в сильных чувствах варишься, там, насколько помню, всё иначе. И тем не менее роль учёного мне куда больше нравится, чем подопытного - даже если добровольца.

И такая какая-то осеннесть.
Стоит навесить сверху тучек...
Не в воздухе, вообще не снаружи - внутри меня она. И кофе. И неопределённость. Я сажусь писать и понятия не имею, что получится. Зато потом почему-то оказываюсь уверена, что совсем не так планировала рассказать о вчерашнем. Хотя на самом деле ничего я не планировала никак, и всё, что следовало изложить, выше оказалось, так чего ж тогда ещё хотеть? От себя я всегда слишком много.
* * *